Может ли Израиль победить «ХАМАС» не свергнув его?


Лидер ХАМАСа Яхья Синвар выразил осознание тщетности новой войны с Израилем в настоящее время. Вместо этого он сосредоточен на других целях: положить конец региональной изоляции организации, укрепить ее железную хватку в Газе и избежать экономического кризиса в секторе, который может поставить под угрозу его режим.

ХАМАС полагается на тактику давления низкой интенсивности, такую как еженедельные пограничные беспорядки, для продвижения этих целей.

Он также активно пытается создать террористические ячейки по всему Западному Берегу и организовать массовые нападения, которым разведывательное управление Шин Бет в значительной степени препятствует. Цель ХАМАСа состоит в том, чтобы ослабить своего главного конкурента на Западном Берегу — Палестинскую администрацию (ПА), и содействовать делу джихадистского насилия против Израиля — и сделать все это, не ведя огненного следа обратно в Газу.

Насилие на границе между Газой и Израилем, которое ХАМАС разжигает в течение почти года, представляет собой рассчитанный подход высокого риска. Он призван оказать давление на Иерусалим и Каир, с тем чтобы ослабить ограничения безопасности в Газе, не допуская того, чтобы ситуация переросла в новую войну.

Попытки ХАМАСа примириться с Палестинской автономией в Рамаллахе, которая является ключом к бюджетным ассигнованиям для Газы, провалились, и в настоящее время группа сотрудничает с Израилем и Египтом в целях спасения экономики Газы.

Общая заинтересованность Израиля и ХАМАСа в предотвращении экономического коллапса Газы привела к регулярным вливаниям катарской наличности.

В то же время ХАМАС совместно с «Исламским джихадом», второй по величине вооруженной группировкой в Газе, приступил к осуществлению амбициозной программы наращивания военного потенциала, предусматривающей внутреннее производство около 20 000 ракет класса «земля-поверхность», рытье боевых туннелей, и интенсивную военную подготовку вооруженных батальонов в Газе.

Результатом этого является нестабильная обстановка в Газе, которая может быстро перейти от конфронтации на низком уровне к вооруженному конфликту высокой интенсивности, спровоцированному любым количеством локальных тактических инцидентов.

Поэтому сейчас для Израиля настало решающее время рассмотреть конечную цель любого будущего вооруженного конфликта в Газе, несмотря на отсутствие у Иерусалима желания вступить в него.

В последние годы южное командование ЦАХАЛа, которое отвечает за большую часть планирования войны в Газе, определило долгосрочное перемирие как лучший из плохих вариантов для Израиля.

Это основано на понимании того, что израильское вторжение в Газу и последующее разрушение режима ХАМАСа поставят Израиль в незавидное положение, когда он будет непосредственно руководить примерно двумя миллионами в основном враждебно настроенных жителей Газы. Это может привести к бессрочной и истощающей военной оккупации.

Было бы чрезвычайно трудно найти альтернативных правителей для Газы, поскольку ПА, вероятно, не желает или не может “въехать в Газу на израильских танках” и взять на себя руководящую роль. ПА поставит под угрозу свою легитимность и подвергнется еще более жесткой критике со стороны своих исламистских соперников, которые всегда стремятся изобразить ее в качестве пособника Израилю.

И даже если ПА в какой-то момент была готова взять Газу, остается неясным, способна ли она управлять сектором, как это уже продемонстрировал вооруженный переворот ХАМАСа 2007 года.

В результате любое послевоенное присутствие Израиля в Газе может затянуться на годы и оказаться дорогостоящим. В качестве альтернативы Израиль может свергнуть режим ХАМАСа и покинуть Газу, быстро перейдя к “сомалийской модели” анархии и насилия.

При таком сценарии не возникнет четкой правящей партии, которая заполнит вакуум в Газе после «ХАМАСа». Появятся многочисленные джихадистские вооруженные банды, не имеющие центральной правящей структуры, и Израиль не сможет направить свою военную мощь на какой-либо один “обратный адрес” в Газе. Это привело бы к потере Израилем сдерживающих сил в Газе для сохранения спокойствия в регионе. Этот сценарий был бы значительно хуже нынешнего статус-кво.

Но третий вариант, между вариантами ухода из Газы как она есть и свержением ХАМАСа, может существовать.

В соответствии с этим третьим сценарием ЦАХАЛ уничтожат военное крыло ХАМАСа в любом будущем конфликте, но оставят свое политическое крыло и полицейские силы на месте. Это позволило бы Израилю быстро покинуть страну после войны, но избежать подобной Сомали участи для Газы с ее разрушительными последствиями для жителей Газы.

Может ли Израиль оставить полицию ХАМАСа и гражданской администрации в будущей войне во многом зависит от того, как такие объекты определены.

С одной стороны, полицейские силы ХАМАСа являются неотъемлемой системой поддержки террористических и партизанских сил Газы. С другой стороны, полиция и подразделения внутренней безопасности играют подлинную роль в поддержании порядка в Хамастане. Такие силы использовались для подавления ячеек, связанных с ИГИЛ, которые бросают вызов правлению ХАМАСа.

В 2008 году в ответ на натиск ракет «ХАМАСа» Израиль начал операцию «Литой свинец» с неожиданной воздушной атаки. Из более чем 100 уничтоженных целей израильские ВВС нанесли удары по 24 полицейским участкам ХАМАСа, включая штаб-квартиру полиции города Газа, где проходила церемония выпуска курсантов. Погибли около 40 человек, в том числе несколько десятков полицейских курсантов.

Ясно, что в этом конфликте Израиль определил полицейские силы ХАМАСа как неотъемлемую часть террористических активов режима ХАМАС и как вражескую цель.

Одиннадцать лет спустя это мышление, возможно, несколько изменилось. Причина заключается не в каких-либо изменениях в тесных связях между внутренними вооруженными формированиями Газы и военным крылом ХАМАСа, а скорее в том, что способность ХАМАСа продолжать править Газой после будущей войны может быть в интересах Израиля. По сравнению с альтернативными сценариями бессрочной оккупации или “сомалийским сценарием”, ослабленный ХАМАС может быть лучшим и наиболее реалистичным вариантом.

Разумеется, ХАМАС продолжает использовать свои полицейские силы для поддержки своей террористической партизанской армии. Организация использует военно-морскую полицию Газы, например, в качестве прикрытия для наращивания группировок морских коммандос. По этой причине Израиль неоднократно наносил удары по объектам военно-морской полиции в Газе, в том числе в мае прошлого года во время эскалации.

Но если вариант начала мощного будущего наступления в ответ на внезапную эскалацию будет включать в себя возможность быстрого ухода Израиля, то, возможно, потребуется сохранить в неприкосновенности значительную часть способности ХАМАСа контролировать Газу и управлять ею.

Официальная стратегия ЦАХАЛА призывает к тому, чтобы любая будущая война высокой интенсивности основывалась на “быстром, наземном наступлении на цели, воспринимаемые противником как имеющие ценность.” Он также требует подавляющей огневой мощи в поддержку такого маневра, в значительной степени основанной на воздушной мощи и управляемой высококачественной разведкой.

Если Израиль сосредоточит свой наступательный потенциал на бригадах «Изз-ад-Дин аль-Кассам», но не на остальной части режима ХАМАСа, возможно, Иерусалим выйдет за рамки целей прошлых операций — которые были остановлены с целью сдерживания ХАМАСа и обеспечения периода спокойствия для Юга. Это может значительно ослабить военное крыло ХАМАСа и оставить после себя версию Палестинской автономии ХАМАСа.

Еще предстоит выяснить, примут ли израильское оборонное ведомство и Кабинет министров такой наступательный план в любом будущем конфликте. Этот вариант оставил бы открытой дверь для военного крыла ХАМАСа, чтобы в конечном итоге восстановить себя, хотя это может занять много лет, если будет нанесен достаточный ущерб его основной структуре командования и боеспособности.

ХАМАС, со своей стороны, стремится сохранить как свой “правительственный проект”, так и свое вооруженное крыло, и ведет переговоры с Израилем на основе понимания того, что Иерусалим сдерживается идеей свержения исламистского режима.